13:07 

Вторничный спам

Solali
Человек-мухомор
В финальной части девятой главы, собственно, и содержится вся суть интриги, если кто еще не догадался :D
С началом десятой пока повременю, ибо написан пока обрывающийся посреди мысли огрызок.

Начало здесь http://solali.diary.ru/p189584333.htm
и здесь http://solali.diary.ru/p189802485.htm





Он понимал, что паникует. Еще лучше он понимал, что скоро это станет видно – причем в буквальном смысле.
Трефа вообще понимал сейчас дохрена всего полезного, но помогало это слабо.
Даже слабо пришептывающий – по ощущениям, в районе мозжечка, - голос старшего аналитика пропал, забиваемый беснующимся в клетке зверем.
Конечно, его предупредили. Вполне честно – это теперь Трефа мог понять со всей определенностью. Предупредили, выдали ворох схем на все случаи жизни, даже натаскали – насколько смогли без такого же, как и он сам, менталиста. Но ни в одной из этих траханых схем не было сказано, что этот сукин сын настолько силен. Он же всего лишь долбаный некромант, так почему?!...
Даже сейчас, загодя бросив все ресурсы на одну-единственную цель, Трефа чувствовал, как выдирается из-под контроля чужое сознание, прорываясь сквозь наглухо запечатаные двери – на одной только стальной воле. Скрытым менталистом дракон не был – иначе не ломился бы напролом там, где проще было бы взломать контрольные узлы блоков… Но ведь прорывался, хвост ему в задницу! Многослойная блокировка, четкая, как по учебнику, специально доработанная с учетом среднего индекса ментальной устойчивости шенн (зашкаливавшего и за полторашку), а этот ублюдок рвет ее, как тохто сворку. Не подействуй эта громоздкая, тяжелая, как свинцовый гроб, бандура так на всех прочих, Трефа решил бы, что где-то неверно выстроил нормали… Но ведь нет – у тхоров от нее отключалась вся нехитрая активность мозга, кроме безусловных рефлексов; все три шенны, по цепочке которых он поднялся от какой-то сопливой уборщицы загонов до имеющей доступ «к телу» местной шишки, послушно укладывались в обморок, отдавая Трефе контроль над телом – последняя, правда, не без драки. Но настолько несерьезной, что искать прорехи в схеме было глупо. А этот
«Это не вышибала в припортовом баре, которому ты можешь завернуть мозги в фигурный крендель даже нажравшись вусмерть. Он не менталист и никогда им не был. Он тот, чья генетическая линия выверялась и корректировалась тысячелетиями - и никто из ныне живущих не сможет точно сказать, что знает, где ее предел…»
Тогда Трефа только фыркнул – быть может, ему и не судьба иметь шестизначный счетчик, но уж на своем поле его не переиграет ни один мертвяк. Сейчас же он абсолютно точно был уверен только в одном: увидеть тот пресловутый предел – последнее, чего ему хочется.
Парень длинно выдохнул чужими легкими, пытаясь успокоиться. Выходило хреново – даже если на пару минут перестать пытаться переломить чужую волю, до должного умиротворения и равновесия ему как до адмиральского звания.
Лучше бы он поймал этого чертового ублюдка снаружи, и не видел, что там, в этом высохшем пузыре…
Шизофреник был ему, в общем-то, никем. С ним дежурила эта стерва, он был альфой «Армагеддона», о нем ходил ворох баек… и все. Ни хорошего, ни плохого – Трефа даже не помнил, разговаривали ли они вообще когда-нибудь.
Но это был свой, охотник, а Ширра-не не бросало своих – пока они оставались своими. Взгляда мельком недостаточно, чтобы сказать, захвачен он или нет, но ведь жив… За неделю работы «в верхах», в том числе и с «Армагеддоном», Трефа многое увидел – из того, что вряд ли хотели показать. Как хмурится Барри, глядя на нового альфу. Как кривит рот Алхимик и откровенно хлюпает носом Танна.
Они любили своего психа… А Трефа развернулся к нему спиной и вышел, потому что запаниковал.
Или это внезапно исчезнувший суфлер, нашептовавший на ухо – это и было все его спокойствие и смелость?...
Трефа закусил губу, загоняя подальше вязко ворочающийся под ложечкой гадкий комок, и нетвердо зашагал вперед, выдвигаясь на очередную точку. Потерявший душевное равновесие менталист как канатоходец без шеста – и он запер все только что виденное за очередной дверью, на этот раз уже от себя самого. Еще доля градуса паники или неуверенности – и его контроль разнесет вдребезги, как тараном, чертов дракон.
Были вещи поважнее – ему хватало и неуверенности оттого, что координаты места назначения держались на соплях. Трефа не был из «изнаночных» охотников – да он вообще никаким охотником пока не был – и на этой стороне Мира не ориентировался от слова «совсем». До этого моменты помогали тихий фантомный шепот у уха и подтянутая из памяти захваченных тел информация… Теперь же он остался один, наедине с бешеной тварью, попытаться колупнуть память которой было так же безопасно, как сунуть голову в пасть к анкуру. И, кроме того, безо всякой уверенности, что разведданные верны, и местная принцесса именно там, куда он идет.
Он остановился у очередного «сплетения паутины», как называли это шенны. Своего рода перекресток из множества мостиков – какие-то были толще, сплетенные из десятка толстых канатов, какие-то действительно были похожи на нити паутины. Они расходились широкими веерами во всех направлениях – вправо, влево, вверх, вниз… От последнего тхора, в котором он побывал, Трефа знал, что по ним не ходили – в конце концов, здесь все имели крылья. Только таскали грузы, слишком тяжелые, чтобы с ними летать.
Стоя на круглом пятачке перекрестка, высчитывая уровни, сплетения и мысленно сверяясь с зазубренной дома трехмерной (и, как выяснилось уже здесь, весьма дырявой) картой, он чувствовал на себе косые взгляды стремительно мелькающих вокруг шенн. Консорт, шатающийся, как пьяный, и ходящий пешком, как нагруженный тхор, вызывал как минимум недоумение – точнее, переливчатые высокие звуки, от которых в воздухе повисала лимонно-желтая дымка. Чтобы не вызывать подозрений, нужно было стоять прямо и – лететь.
«Вот только эта скотина постоянно пытается отбить моторику обратно, а летать, когда у тебя никогда не было собственных крыльев – все равно что оперировать десятком щупалец, растущих на затылке».
А еще эти «песни»… После третьего перехода – уже в тело шенны - он научился не только видеть цветные кляксы в воздухе, но и приблизительно понимать, что они значили. Материализация эмоций, как феромоны. Только те били на запах, или нет?... Курс биологии в Ширра-не был специфичен и урезан, но какие-то обрывки у Трефы в голове еще держались, благо сдавать зачет через месяц… Или никогда, если он продемонстрирует всем желающим облака паники и страха. Пока удавалось держаться, прикрываясь более чем яркими эмоциями хозяйского разума, но сколько еще удастся жонглировать тремя десятками переменных, одновременно путая связи и спешно выстраивая блоки вместо разломанных…
Три раза перепроверив направление, Трефа зашагал по забирающему вниз мостику, выжимая всю скорость, которую могло дать это сопротивляющееся тело – времени оставалось все меньше. Во многих планах.
Если брать за точку отсчета комок зеленого пульсирующего света, глухо бухающего где-то далеко внизу, принцесса жила в верхних уровнях. Но не настолько высоко, как полуразвалившийся кокон, где он нашел дракона. К тому вплотную подступали скалы с сетью пещер, откуда и началась операция – темный, почти черный гладкий сланец, поросший бугристой бурой массой, пористой и мягкой. Каменные глыбы висели в пустоте, опираясь на воздух, как кольца Небесных Грез в квартале Нобелей – вот только вряд ли под ними тоже гудели антигравитационные установки… Вокруг кокона местной аристократии было светлее – на прихотливо изрезанных ребрах строения выступали увешанные фонариками фигурные «рожки», на макушке кокона складываясь в своеобразную корону.
Только подойдя ближе, он разобрал, что фонарики были плетеными – как объемные кружева, связанные из переливающихся, светящихся разными цветами нитей. А еще сквозь них проходили пальцы – насквозь.
«Сенс… кажется, это оно и есть», - пронеслось в голове уже виденное в воспоминаниях одолженных тел понятие. Розовый, золотой… но в основном голубой и светло-зеленый.
«Это пожелания здоровья. Так много…», - дошло до него. – «Она больна?... Или это из-за беременности?»
В голове внезапно промелькнуло, что он никогда не слышал ни о болезнях шенн, ни о том, что Ширра-не знает, как их лечить. И если старшие охотники знают не больше, вместе с принцессой они могут заполучить большие проблемы. А если она еще и умрет…
Дракон внутри встал на дыбы, на секунду перехватив контроль над рукой. Сбитый с рожка сенс, кружа, как падающая снежинка, заскользил вниз через переплетения паутины. Лежащие у входа и на куполе тхоры не обратили на это внимания, но Трефа торопливо отдернул слоистые пленки ото входа в кокон и шагнул внутрь, пригнувшись в последний момент – будучи более чем среднего роста в реальности, он не привык задевать головой потолок.
Навстречу скользнул теплый золотистый поток.
- Папа, - неожиданно прозвучало на соланском. На долю секунды Трефа оторопел, но потом сообразил, что у шенн вряд ли был эквивалент этого слова.
Из низко висящего гамачка из плотного шелковистого полотна ему улыбалась самая красивая девушка, которую он видел в жизни. Помни Трефа чуть больше полувыученного курса биологии, он бы знал, что полукровки, особенно драконьей крови, всегда рождаются сильнее и красивее прочих.
Он же видел только, что две линии, смешавшись, дали идеал. Точеное лицо с тонкими, как у всех драконов, чертами, высокие скулы, и огромные, как у всех шенн, глаза. Не черные – янтарно-золотые, как у отца. Волосы у нее тоже были отцовские – пышная копна крупно вьющихся темных прядей. Маленький, но аккуратный носик явно достался ей от матери, как и делавший ее немного похожей на ременку узор из мелкой золотистой чешуи на скулах и шее.
Она приветственно помахала гибким хвостом, украшенным браслетами, но не встала. С трудом вспомнив затверженный набор щелчков, Трефа ответил коротким приветствием. «Язык» шенн, точнее, весьма ограниченный набор ритуальных фраз, начинали учить только на старших курсов, и теперь Трефа, во время подготовки операции уверенный, что сможет беспрепятственно лазать в память «хозяев» за переводом, всерьез засомневался, что сможет понять, что ему говорят: от текущего тела помощи ждать не стоило.
- Стоило моей песне окраситься не в тот цвет – и все меня забыли. И сестры, и Раштас. Даже ты, - девушка продолжала говорить на соланском, и Трефа с облегчением перешел на тот же язык.
- Я… был занят.
- Сияющий кокон, о да, - она озорно улыбнулась, и, оттолкнувшись от пола хвостом, заставила гамак качнуться. – Неужели высокомудрые сестры наконец придумали способ справиться с собственной кровью?
Грудь вдруг будто обожгло – горечью и болью. Не его собственной, миг спустя понял менталист. Его. На долю секунды чужой глухой щит дал трещину – и Трефа поймал отзвук воспоминаний.
«Она действительно больна – тем же, чем и ее мать. Что-то наследственное, что-то, связанное с кровью…» Будь вместо него кто-нибудь вроде Тоби, он бы даже понял, что – но он был всего лишь зародышем со средних курсов, потерявший связку даже с аналитиком.
- Не совсем, - он ухватился за предлог и, запинаясь, продолжил: – Но кое-что интересное есть. Я… привез из Расколотых Миров одну вещь… Но ее нельзя передвигать из верхних пещер – поэтому бери свой шенн и пойдем. Возможно, это поможет.
Чужой голос звучал непривычно, как и речь, за которой приходилось тщательно следить, чтобы говорить правильно, по-высокородному, и не вставить какое-нибудь словечко из курилки… Видимо, не все шло гладко, потому что она внимательно посмотрела ему в лицо и спросила:
- Что-то случилось? Чего ты боишься?...
- …за тебя. Я боюсь за тебя, - сказал чистую правду Трефа. От мысли, что с ней может случиться, если Ширра-не не договориться с Изнанкой, у него сжималось сердце. - …Пойдем. Эта вещь хрупкая и может не дождаться, если мы не поторопимся.
- …Хорошо, - она сощурилась. – Но ты мне все расскажешь, так и знай. Я не какая-нибудь сестра-подавальщица с жидкой кровью слабосильного фермера с Таэры, - она спустила ноги на упругий пол, мягко спружинив когтями. Такая маленькая… Ростом, наверное, не выше Танны. Придерживая рукой округлый, уже довольно сильно выдающийся животик, она подошла вплотную и ткнула ему в грудь золотистым когтем с резной накладкой из темного камня. – Я от крови дракона, и знаю все эти твои штучки, папа.
- Я расскажу – когда будем на месте.
Она протяжно, переливчато засвистела, и в кокон бесшумно проскользнули тхоры. Этот пункт его не слишком волновал – то, что принцесса даже с отцом никуда без своего шена не пойдет, как любая ее товарка, был учтен в плане и осложнением не был. Главное, довести до нужной пещеры – пирокинетик сделает остальное…
«Говорят, им больно, когда убивают их шен», - мелькнула непрошенная мысль. Трефа сжал зубы и, дождавшись, когда она устроится на спине крупного, угольно-черного тхора, вышел вслед за ней из кокона.
«Радуйся, что она больна. Радуйся, что больна настолько, что ей тяжело так далеко летать – иначе объяснял бы, почему сам не можешь даже крылья раскрыть…»
Радоваться не получалось. Он шагал рядом с неторопливо трусящим по очередной канатной дорожке тхором, боролся с рвущим привязь драконом, слушал, как она рассказывает про ленту, что подарил ей какой-то Раштас – эта лента теперь переливалась мягкой зеленью у нее на поясе – и не мог радоваться тому, что все идет так гладко.
- Папа, ты что, опять с этим колдуном из Жерла совещаешься, пока я здесь болтаю? Ты хоть заметил, что на Пустой окраине охотники какие-то появились?... Третье биение Сердца вся сеть полыхает.
Даже прикрытие – и то работает по плану… Правда, вытягивать принцессу из кокона под предлогом вторжения не понадобилось, и хорошо – резервная лапша на чужие уши была настолько жидкой, что это видел даже Трефа. Основная надежда была на то, что вытащит из памяти дракона менталист, и в какой-то степени не напрасная…
- Да, я знаю. Твои сестры справятся без нас.
Все действительно шло гладко, четко, обходя острые углы – то ли работало везение, то ли боги, то ли всемогущий Старик, пророк, способный переплетать вероятности и изменять то самое будущее, что видел… «По мелочи», как сам он сказал Трефе перед отправкой, но мелочи – это как раз то, что может превратить в пыль самый лучший план. Об этом часто говорил Учитель, пока был жив – а Учителю он верил больше, чем любым учебникам по тактике…
Когда впереди замаячили пещеры, и ему на глаза попался первый СЭР, Трефа подумал, что это действительно было легко. Тяжелее, чем он по-глупости думал, но – легко. Наверное, так и проходят все операции, ведущиеся лучшими из лучших.
- Подожди здесь, я сейчас.
Трефа оставил ее во второй по счету пещере, прошел дальше, дав отмашку ждущей за стеной группе захвата, и через сквозную проимоину выбрался наружу, уводя тело дракона как можно дальше – им нужно будет время уйти, когда менталист сбросит контроль.
Когда сбоку мелькнула крылатая тень, на несколько секунд зависнув в водухе, чтобы прострекотать приветствие Консорту и улетела дальше – к нижним уровням, Трефа осознал, каковы мелочи на самом деле.
На нижних слоях сознания отчаянно бился и ревел дракон, проламывая один блок за другим, а он стоял, будто парализованный, и не мог заплести самого простого узла. Не мог связать два слова в законченную мысль. В голове билось одно-единственное, зациклившееся в бесконечный круг «Как?!», а в душе – его собственной душе – шок, неверие и надежда кружились в бурном водовороте, ревущем громче любого дракона…
Он не знал, как и в качестве кого здесь оказался его мертвый Учитель. Но он знал – лучше, чем кто-либо на обоих сторона Мира, что это он – он, и никто другой.
А еще он знал, что эта надежда выбила у него из рук шест, с которым он балансировал на краю.
Разорвав последние блоки в клочья, сознание дракона легко переломило сумбурное сопротивление и обрушилось на него тяжелой ледяной волной, вышвыривая из тела.
Менталист ничего не должен чувствовать. Никогда. Ведь от этого умирают – так, как сейчас.


Полностью выложенную главу можно найти на СИ

@темы: креатиф, интересности, вордострадания, Корона пустоты, in work

URL
Комментарии
2013-07-23 в 18:42 

albatro
УРА!!!
Но глава конечно ого-го какая. Вроде все ясно, но при этом "куда все это катится?!"

2013-07-23 в 20:19 

Solali
Человек-мухомор
Но глава конечно ого-го какая. Вроде все ясно, но при этом "куда все это катится?!"

albatro, я прямо теряюсь - это был положительный отзыв или отрицательный?)))

URL
2013-07-23 в 21:45 

albatro
я прямо теряюсь - это был положительный отзыв или отрицательный?)))
Восхищенно-хваленый отзыв.

2013-07-24 в 12:14 

Solali
Человек-мухомор
albatro, )))

URL
2013-08-01 в 20:11 

Таисс Эринкайт
Если хватит духу, иди рядом
Вот не было у меня времени почитать... А как появилось, так не стало душевного равновесия. Ррррр! :crzbayan: Теперь я бегаю по стенам, жую шарфик (связанный когда-то в честь Тоби, кстати) и страдаю по мимопролетавшему товарищу, которого не хватает аж жуть. Алесдер, кстати, перестал казаться просто сволочью, стал понятней и приятней. Хотя какие мотивы его когда-то толкнули на ту сторону, фиг его знает. Пошла я дальше читать, а то еще дожую шарфик, как моль какая, в чем осенью ходить буду?

2013-08-01 в 23:51 

Solali
Человек-мухомор
связанный когда-то в честь Тоби, кстати

Пруфпик в студию!

и страдаю по мимопролетавшему товарищу, которого не хватает аж жуть

Это кто ж у нас такой роковой мушшына?

Хотя какие мотивы его когда-то толкнули на ту сторону, фиг его знает

Ну я бы не сказала, что он туда попал по собственной инициативе :gigi: Его туда попали. А потом прижился, аки таракан - семья, хозяйство, не бросать же ж.

URL
2013-08-02 в 00:49 

Таисс Эринкайт
Если хватит духу, иди рядом
Пруфпик в студию! как найду фотик, так сразу. Правда, шарф не полосатый(( Но все равно в честь Тоби) Периодически носится с нэко-ушками.
Это кто ж у нас такой роковой мушшын А то как же, Йенерис свет Морой, человек и пароход шенна в единственном мужском экземпляре.
Его туда попали. А потом прижился Вот все они такие! Оглянуться не успеешь, а он уже свои тапочки принес и на любимый диван мостится.

2013-08-02 в 11:55 

Solali
Человек-мухомор
как найду фотик, так сразу.

Жду иллюстративного материала :eyebrow:

А то как же, Йенерис свет Морой, человек и пароход

А, ну да, ну да. Прямвотсейчас не обещаю, но будет. Рано или поздно :D

Вот все они такие! Оглянуться не успеешь, а он уже свои тапочки принес и на любимый диван мостится.

"Где место настоящего мужчины? На диване у телевизора!" (с)

URL
   

Лавочка снов

главная